YAMAHA

на главную

О компанииИстория компанииНовостиФорум
на главный сайт компании Slami
 ОФИЦИАЛЬНЫЙ ДИСТРИБЬЮТОР КОМПАНИИ YAMAHA В РОССИИ


Игорь Бутман: 
Насколько ярок саксофон в джазе, 
настолько он безлик в классике.

    - Билли Кобэм как-то сказал, что джазовому музыканту просто необходимо академическое образование.

    - Я полностью согласен с ним. Да, действительно современному джазовому музыканту оно необходимо. Музыканта ограничивает отсутствие знания классической музыки, но это не значит, что джазовый музыкант не должен заниматься джазовой музыкой, джазовой гармонией. Знание, безусловно, расширяет его кругозор, понимание глубины музыки. Если взять тех же великих джазовых музыкантов, аранжировщиков и композиторов, таких как: Чарли Паркер, Дюк Эллингтон, Бил Эванс - то все они знали классическую музыку.

    - Существует такое мнение, что иногда для джазового музыканта классическое образование – помеха: это рамки, за которые ему очень тяжело выйти, у него нет внутренней свободы.

    - Нет, я не согласен. Просто когда нас обучали в советские времена, то говорили: изучай классику – джаз научишься играть потом. Это не правильно. Нужно изучать и джаз, и классику, потому что это две абсолютно разные вещи и с точки зрения стилистики, и с точки зрения гармонии. Но джазовый музыкант должен быть образованным человеком и ни в чем не чувствовать себя ограниченным по сравнению с тем же академическим музыкантом. 
Все-таки багаж классической музыки гораздо больше: и ритмический, и мелодический, и гармонический. Можно хорохориться сколько угодно – когда я был маленький, я говорил, что джаз круче классики, но я был молод и просто ничего не знал. Никто толком не познакомил меня с классической музыкой, хотя мой дедушка пытался это сделать, но я очень сильно сопротивлялся. Это была форма протеста против засилья классического образования. Даже на джазовом отделении учат классической, а не джазовой гармонии, и не показывают: вот так сделал бы джазмен (соединил две квинты параллельно), а так – Моцарт или Бетховен. А с другой стороны, говорят: вот это гармония. Ты говоришь: «Какая гармония? У нас цифровки, а тут какие-то ноты, задержание, «недержание», еще что-то. А у нас: до мажор, ре минор, соль септ – и уже полный успех!» Поэтому и возникает такое мнение, что джазовому музыканту это не нужно. Конечно, так преподавали в Советском Союзе. Я не знаю точно, как преподают сейчас, но уверен, что по-другому. Если у тебя есть джазовая гармония и, параллельно, классическая гармония – это идеально.

- Как Вы считаете, важна ли для джазового музыканта такая же кропотливая работа над звуком, как у классиков?
- Я не сразу это понял. Но когда играешь со скрипачами – чувствуешь, как они играют, этот звук просто завораживает! А тут звук «коротит», и хочется сделать так, чтобы этого не было. Все эти ноты не имеют значения, потому что они известны, но если в них не вложена душа, они без звука, то эти вещи не эмоциональны. Люди не поверят. Так же и здесь. Это реальный звук, поэтому и нужно не то чтобы знать классическую музыку, а именно понимать, чего не хватает джазу. При всем уважении к джазу, он не пользуется таким авторитетом, как классическая музыка.

- А на каком этапе молодому саксофонисту нужно определяться, кем он будет: джазовым или классическим музыкантом?

- Ну, какой саксофонист в классике? В принципе, саксофон – не академический инструмент. При всем уважении. Поэтому многие выпускники-саксофонисты сидят без работы.
Я думаю, что если классический кларнетист может играть на саксофоне – это идеально. Есть какие-то партии для саксофона в оркестре – у Рахманинова, Мусоргского, но как сольный инструмент – мне не очень нравится. Насколько ярок саксофон в джазе, настолько безлик в классической музыке.

- Вы играли со многими выдающимися музыкантами, какие впечатления Вам особенно дороги?

- Их так много! Когда я думал, что когда-нибудь сыграю с Чиком Кориа, мне казалось, что больше ничего в этой жизни не надо. Я с ним сыграл, и жизнь продолжается, и хочется чего-нибудь другого. 

- Вас можно считать артистом “Yamaha”?
- Практически можно. Я всю жизнь играл на сопрано “Yamaha”, также являюсь обладателем альта “Yamaha”. И, наконец, сейчас я получил тот тенор этой фирмы, который мне действительно нравится – это модель Custom Z-Серии, не покрытая лаком. Вообще, я пробовал новые инструменты разных фирм, и у всех был один недостаток - я не чувствовал вибрации самого инструмента. То есть они неплохо звучат и все более или менее хорошо, но когда берешь старый саксофон, он как-то весь поет. С новыми современными инструментами не так все просто.

- Как Вы выбирали этот тенор?
- Я поехал во Франкфурт в мастерскую “Yamaha”, посмотрел, попробовал самые модные Custom модели: с серебряным и золотым покрытием, с перламутровыми клапанами и без.

- А из скольких инструментов Вы выбирали?
- Ну, там инструментов пять-шесть было хороших. Очень хороших. Но их берешь, а они сразу «б-ж-ж-ж-ж-ж-ж», жует как будто. Тот, который я выбрал, внешне чуть-чуть проигрывал тем, которые я пробовал первыми. А выбирал я сначала именно внешне. Мы же все меркантильные! Вот, думаю, возьму сейчас себе золотой…

- Как Вы считаете, в идеале из скольких инструментов нужно выбирать?
- Когда инструментов много - это вообще, с ума сойти можно. Раньше было проще: достал какой-нибудь хороший инструмент - и ты уже счастлив.
Мне повезло. До этого момента я еще не выбирал себе инструмента вот так реально. Предлагали какой-то инструмент, я его брал. Вот, например, старый “Selmer”- «шестерка» Саши Бриля. Ему он не нравился, говорил, что он не звучит. Когда я попробовал, то почувствовал, что инструмент не звучит только по одной причине – он просто грязный, и дуть в него надо по-другому. Знаете, “Selmer” шестой серии не может не звучать. Мы вместе с моим давним мастером Евгением Уточкиным помыли его, вытащили кучу грязи из эски, чуть распрямили ее - и все, он зазвучал. Учебные инструменты не выбирал потому, что первый инструмент, который был у меня более или менее хороший, просто был по моим деньгам.

- Используете ли Вы для разных стилей разные мундштуки или эски?
- Нет. Это же я один играю разную музыку. Мне кажется, надо, чтобы просто был свой голос, свой тембр.

- То есть стандартный набор – мундштук, эс?

- Да, все только одинарное.

- Если делить музыкантов на две категории, то есть замороченные на инструментах, машинках, тростях …

- Я совсем другой. Я же понимаю, когда у меня начинает звучать инструмент. Если ты много занимаешься – он начинает звучать. И не так уж и важно на чем заниматься.




Игорь Бутман играет на тенор-саксофоне YTS-82ZUL и сопрано-саксофоне YSS-675 фирмы YAMAHA.

Полную версию интервью читайте в зимнем номере журнала “Музыкальные инструменты”.
Беседу вел главный редактор журнала «Музыкальные Инструменты» Олег Работников.



© Copyright 2002, Slami
Официальный дистрибьютор компании YAMAHA,
Москва, Садовая-Триумфальная, 16
Тел.: 933-53-33
Факс: 234-01-90


Rambler's Top100 Rambler's Top100